Юлия Ардашева 0 207

Знакомство через «Большие гастроли». Как директор театра играет на сцене?

Сергей Осинцев, директор театра: Часто «главные» не пускают в театр режиссёров выше своего уровня.

Директор театра в роли Мольера.
Директор театра в роли Мольера. © / Сергей Осинцев / Из личного архива

Большой Тюменский драматический театр привёз в Ижевск шесть спектаклей: «Мольер» Михаила Булгакова, «С любимыми не расставайтесь» Александра Володина, «Ветер в тополях» Жозе Сиблейраса, «Метод Гренхольма» Жорди Галсерана, «Одолжите тенора» Кена Людвига и для маленьких зрителей — чудесный мюзикл «Бременские музыканты». Полный зал, овации и печаль не успевших купить билет ижевские гастроли для тюменцев стали по-настоящему большими. Как живёт театр с самым большим в стране залом на тысячу мест, здание которого так напоминает Большой театр в Москве? Об этом и многом другом корреспондент «АиФ в Удмуртии» спросила директора театра-гостя Сергея Осинцева.

Юлия Ардашева, «АиФ в Удмуртии»: Сергей Вениаминович, как вам приглянулся наш театр?

Сергей Осинцев: Он впечатлил своей красотой, удобством и теплом. Он почти как дома, только меньше, но актеры везде приспосабливаются. Мы отыграли первым «Мольера», и, как нам кажется, без потерь для спектакля. Были зрительские овации очень приятно, когда публика принимает чужой театр как родной. Мы и своих зрителей призываем гостеприимно встречать другие театры. А нас в разных городах принимают всегда тепло может, театр у нас такой? Слава Богу, за последние 6 лет нам не стыдно ни за один наш спектакль.

По какому принципу составлена афиша гастролей: то, что проще везти?

Логистика, конечно, тоже присутствует нужен транспорт для декораций. Но мы старались отбирать спектакли на широкую публику, чтобы были и драмы, и комедии, и трагедии чтобы показать театр максимально, со всех сторон.

Мы практически всегда возим «Мольера» это наша визитная карточка. Нам этот спектакль очень близок, он яркий, необычный. Это был один из первых спектаклей новой команды, которая 6 лет назад пришла в театр, и он изменил театр в лучшую сторону.

Мы привезли и детский спектакль «Бременские музыканты». У нас в репертуаре 6 детских спектаклей, мы никогда не называем их сказками нам важно, чтобы на них ходили и дети, и взрослые. И это обязательно музыкальные спектакли.

Директор-актёр

Ижевский зритель увидел вас в роли Мольера, но ваш статус директор. Как случилось такое совмещение?

Я всегда совмещал несколько различных родов деятельности. Играл на сцене, но параллельно работал на радио, где был программным директором, ди-джеем. Потом у меня была своя радиостанция, где я был генеральным директором, стал продюсером молодежного танцевального коллектива. Потом я поступил в Санкт-Петербургскую академию театрального искусства на продюсерский факультет. В нашем театре как раз уходил директор, и коллектив выдвинул мою кандидатуру, а департамент культуры поддержал. Все случилось само собой. Специального рвения стать директором театра у меня не было. Я никогда не жил только сценой и театром, как другие актеры.

Справка АиФ
«Большие гастроли» — это проект министерства культуры России, действующий с 2014 года. Он развивается в трех направлениях — это масштабные гастроли лучших столичных театров в регионы, укрепление связей с русскоязычными театрами за рубежом и обменные гастроли региональных театров.
А сейчас?

— И сейчас работаю и в независимой антрепризе (недавно делали спектакль вне рамок театра), остаюсь продюсером хореографического коллектива. К сожалению, пока нет в жизни радио, но я бы с удовольствием вернулся, потому что есть еще в сутках несколько часов. Дело не в деньгах, а в самореализации: 25 лет «за эфиром» не отпускают.

Не мешает ли актёрам на сцене ваш статус?

У нас ситуация особая я вырос в этом коллективе, стал актером в этом театре и всех здесь знаю. Коллектив как семья, и, когда я стал директором, не возникло дистанции и обращения на «вы». Я принял этот пост только для того, чтобы актёрам стало лучше жить, а театр начал развиваться. И двери кабинета у меня всегда открыты.

Но что касается непопулярных кадровых решений, без этого невозможно. Были сложные первые увольнения, когда я расставался с актерами по необходимости. При всей внутренней социальности театра (когда в штате держат возрастных актеров, хотя они играют гораздо меньше, и деньги для них зарабатывают молодые) есть и ответственность за его развитие. И ты понимаешь, что если сегодня этих людей не уберешь, то завтра не сможешь взять других, более дисциплинированных и работоспособных. Так, в театре перестали… пить. Стало просто некогда: первые три года полностью меняли репертуар и выпускали по 9 премьер в год! Можно представить, какой был график работы. Актеры уставали очень, но получали достаточно большие зарплаты. И все это продолжается в развитии. Сегодня у нас немного другая организация уже 3 года наш театр входит в концертно-театральное объединение.

Это вам облегчило или усложнило жизнь?

Это её изменило. Но театру на будущий год будет 160 лет, и он достаточно самостоятелен в определении репертуара, своих творческих задач. Все меняется театр всегда останется, в каком бы юридическом лице он ни был.

Режиссёрская тема

Почему вы живёте без главного режиссёра?

С одной стороны, директор при главном режиссере снимает с себя ответственность за занятость труппы и художественное развитие. Но я уже 30 лет актёр, образование позволяет мне заниматься и художественной деятельностью в театре, и у меня прекрасный зам по творческой деятельности Кристина Рудольфовна Тихонова, с которой мы вместе принимаем все художественные решения. В такой ситуации иметь еще одного человека вряд ли нужно.

Очень часто «главные» не пускают в театр режиссёров выше своего уровня, у них есть свой любимый состав актеров мне все это не нравится. И мы решили, что будем приглашать режиссеров разных, исключительно хороших, известных своими постановками.

Но, когда я стал директором, у нас был помощник и друг режиссёр Александр Баргман из Петербурга. Он выполнял функции главного режиссера и творческого лидера. Сейчас он много ездит и много ставит, а в Тюмень лишь наведывается. Но мы ждем, что он еще поставит у нас удачные спектакли, тем более, что две наших общих работы уже вошли в лонг-лист «Золотой маски». Для нас обладание главной в стране театральной премией очень значимо, мы движемся к ней постепенно и, надеюсь, когда-нибудь дойдём.

Кстати
Нынешней осенью межрегиональная программа «Больших гастролей» стала приоритетной. С сентября по декабрь 100 театров из 65 городов России покажут 800 спектаклей новой для себя аудитории. География программы охватывает практически всю Россию. Вот так в ноябре Ижевск и Тюмень «поменялись» театрами драмы.

С нами работал и Николай Реутов, один из ведущих хореографов страны. Он был нашим главным хореографом и подтянул труппу в плане физическом и хореографическом. Мы приглашали из Норильска композитора Андрея Федоськина, человека, способного научить петь драматических артистов. А это уже другой уровень труппы. Он умеет подобрать для драматических актеров музыкальный материал и так разучить с ними песни, чтобы это было музыкально точно. Он работает с нами шестой год и помогает ставить все музыкальные спектакли.

В «Мольере» на саксофоне играли вживую?

— В этом спектакле на всех инструментах играют вживую. На гастролях акустика другая, мы с трудом всё отстроили. Единственно, для фортепиано мы сделали запись, чтобы не везти специально человека на один спектакль.

Какой из показанных гастрольных спектаклей все же выделяется для вас?

Как у директора у меня не может быть спектаклей-любимчиков. Но мне нравится режиссура Баргмана и та энергетика, которую он дал «Мольеру» и комедии «Ветер в тополях».

Спектакль «С любимыми не расставайтесь» поразил даже меня. Когда его ставили, я думал: кто его вообще будет смотреть? Это всплески человеческого сознания, аритмия человеческих душ, это абсолютно питерский спектакль, и он складывается в 1 час 40 минут откровения. Мы думали, что люди будут из зала уходить. А зритель выходил после спектакля и писал в соцсетях по 2 страницы размышлений, как он увидел себя, как это важно любить друг друга, зачем люди расстаются? Для нас стала парадоксом реакция публики: люди не ограничились оценками «круто» или «плохо» они писали о себе. Мы даже собрали эти материалы и сделали большую стенгазету в театре.

Сцена из спектакля «С любимыми не расставайтесь»
Сцена из спектакля «С любимыми не расставайтесь». Фото: Из личного архива/ Сергей Осинцев

Этот спектакль попадает в сердце, и мы им очень гордимся и тем, что смогли сделать синтез текстов Володина с другими литературными материалами. Баргману удалось нанизать на идею различных авторов, изменить структуру изначального произведения. В этом году спектакль признан лауреатом XIII Всероссийского театрального фестиваля «Пять вечеров» им. А. Володина в Санкт-Петербурге.

Театральные вопросы

Театр, спрашиваю вас как продюсера, можно сделать коммерчески успешным?

Без дотации государства это невозможно. Большие, мощные театры сами не выживут, ибо только содержание здания «съедает» огромные средства. Они гораздо больше, чем театр сможет заработать на билетах. Нельзя продать билеты дороже, чем есть денег в кошельке у людей. И мы, зрители, как и государство, финансируем культуру в последнюю очередь: в театр мы пойдем после того, как за квартиру заплатим, детей накормим-оденем.

Театры, у которых маленькое помещение, возможно, будут близки к самоокупаемости, большой театр никогда. Те примеры успеха, которые сегодня есть (тот же Вахтанговский театр) всё равно случились при господдержке. К тому же у них есть ротация зрителя за счет туристов.

В Тюмени же и в Ижевске постоянный зритель, и мы не можем продавать билеты за 15-20 тысяч. Наш потолок 1000 рублей самые дорогие билеты. В театр, как говорят, ходят богатые или счастливые: у первых на это есть деньги, вторым важен театральный мир, и они всегда найдут 200 рублей, чтобы купить самый дешёвый билет.

Понравилась ваша труппа. Как отбираете актёров?

Мы подбираем музыкальных актёров, способных при этом многое делать хореографически. У нас много молодёжи, потому что сегодня публика хочет видеть на сцене ровесников героев: прошло время, когда Джульетту играли в 60 лет, были бы звания. Сегодня хотят Джульетту видеть 14-летней, у нас её играют 20-летние.

Когда я пришёл в театр, то не мог в своем возрасте играть ровесников, нужно было ждать какое-то время. А сегодня ребята сразу после театрального вуза попадают в работу, на главные роли сразу получают возможность проявить себя. Поэтому сегодня у всех молодых горят глаза, они с удовольствием работают и знают, что у них будет много работы.

А труппа собирается, как пазлы, и мы большое внимание уделяем, чтобы добиться ее целостности. У нас есть свои, тюменские, актёры, но каждый год мы объявляем кастинг и берем 1-2 артистов «со стороны». С некоторыми расстаемся, потому что для театра важнее движение: это не богадельня, где все сидят и жизнь идет по кругу. Иначе завтра нам зададут вопрос, нужны ли мы?

Велика театральная конкуренция?

В Тюмени мало театров: есть театр кукол, молодёжный театр «Ангажемент» и мы. И ещё тобольский театр в 200 км от нас. Но конкуренцию нам составляют не театры, а кино и интернет.

Нас заставляют выходить в интернет со спектаклями, чему я большой противник. Я считаю, что человек не должен, сидя дома, с чашкой кофе, смотреть какую-то драму. Потому что это не театр, и к нему вообще никакого отношения не имеет.

Театр это живое искусство, и его невозможно записать. Потому что запись это взгляд того, кто стоит за камерой, за пультом, оператора и режиссёра. Мы идём на компромисс и выкладываем записи тех спектаклей, которых уже нет.

Для нас огромная конкуренция в другом: если во время спектакля с балкона посмотреть, где находятся зрители, то видно: они в мобильных телефонах. Это страшно, и бороться с этим можно только искренностью на сцене, той актерской энергетикой, которая сможет оторвать взгляд человека от смартфона и перевести его на сцену. Поэтому мы стараемся меньше развлекать публику и больше заставлять думать. Я всегда говорю, что человек в театре должен сидеть с прямой спиной это всё-таки не место для расслабления и отдыха. Конечно, людям хочется посмотреть комедии, но мы делаем их так, чтобы человек не просто смеялся как на КВНе, но чтобы что-то оценил, над чем-то задумался.

Сейчас мы поставили спектакль «Господа Головлёвы» с молодым петербуржским режиссёром. Он камерный, но на большой сцене, где сидит зритель и задействована вся машинерия, вращающийся круг. Произведению больше 130 лет, а оно актуально настолько, будто написано вчера. И спектакль рассказывает про то, как легко потерять семью, близких и разрушить собственную жизнь ради денег и материальных благ. Для нас такой материал, который заставляет зрителя думать, а актера развиваться, гораздо интереснее. Мы не боимся экспериментировать и достаточно свободны в этом. Любой эксперимент дает актерам возможность подняться на ступеньку выше в мастерстве. И это мы культивируем.

Примечание. Ижевские театралы, не пропускающие гастроли у нас разных театров страны, отметили, что Тюменский драматический театр близок нашему драматическому по творческому стилю и смелости в необычности постановок.

Оставить комментарий
Вход
Комментарии (0)

  1. Пока никто не оставил здесь свой комментарий. Станьте первым.


Все комментарии Оставить свой комментарий
Газета
Самое интересное в регионах

Актуальные вопросы

  1. Почему растёт плата за обслуживание газовых плит?
  2. Как управляющую компанию заставить прислушиваться к мнению жителей?
  3. Как избежать мошенничества при покупке жилья?